Блог автора методики коррекции веса Нелли Кешишьян

вторник, 6 ноября 2018 г.

Любители сладкого сами себя могут погубить, вырастив кандиду смертных размеров



Страсть лакомства имеет и более отрезвляющее название – гортанобесие. Это некрасивое и даже страшное слово уже само по себе довольно точно раскрывает всю глубину греха. Наша гортань, полная вкусовых рецепторов, в погоне за самоуслаждением вслед за чревом вопиет к человеку: хочу вкусненького! Много, часто, иногда уже и без осознанного участия человека. Каждый из нас может вспомнить свою привычку съесть на несколько конфет больше, регулярно заказывать в кафе один и тот же салатик, с наслаждением по несколько раз в день смаковать кофе. Нам кажется, что наша маленькая гастрономическая приверженность вряд ли серьезно повлияет на дело спасения (или не повлияет вообще). Но это не совсем так.

Преподобный Иоанн Лествичник призывает на время поста исключать всё, «что услаждает вкус»

Священное Писание говорит нам: «Не пресыщайся всякой сластью и не бросайся на разные снеди» (Сир. 37: 32). О необходимости питаться просто, без сытости говорят и святые отцы. Например, преподобный Иоанн Лествичник призывал на время поста исключать из своего рациона всё, «что услаждает вкус». В этой связи довольно странным кажется появление в продаже соевых и так называемых «постных» продуктов –заменителей белковых. Еще более странным кажется спрос среди православных на эти продукты. Наш современник старец Паисий Святогорец 18 лет ел одну лишь капусту. Таким образом он стремился победить страсть гортанобесия. Пожалуй, для мирян этот пример нельзя назвать абсолютом для подражания. Но задуматься о том, насколько серьезно греческий старец относился к борьбе со страстью лакомства, безусловно, заставляет.

Чревоугодие преподобный Иоанн Лествичник называет главой всех пороков. Именно потому пост человека начинается с ограничения себя в пище, в попытках взрастить противоположную добродетель воздержания. Через излишнюю любовь к еде мы рискуем нарушить вторую заповедь Бога: «Не сотвори себе кумира». Апостол Павел в одном из своих посланий резко говорит о страстных приверженцах чревоугодничества: «Их бог – чрево» (Флп. 3: 19).

Казалось бы, такая мелочь! Нет, в духовной жизни мелочей не бывает. Вода камень точит, и маленькая привязанность может стать причиной более серьезных духовных потрясений. Например, ссор и конфликтов от возрастающего самолюбия.

Английский король Генрих VIII вошел в историю не только как тиран и церковный реформатор, но и большой гурман. Завтрак самодержца начинался в 6 часов утра. Он съедал шесть пирогов, мясо и выпивал бокал эля. Обед англичанина состоял из 20 блюд, а кухня занимала 50 комнат. Любовь к сладкому быстро лишила короля зубов, а обхват его талии составлял 137 (!) сантиметров. Чревоугодие короля сказывалось на всем его образе жизни. Он был жесток и своенравен, круто расправлялся с политическими оппонентами (считается, что в правление Генриха VIII было убито 72 000 человек). Король был женат шесть раз, сластолюбие заставило его разорвать общение с Ватиканом и самолично возглавить Англиканскую церковь. В Великий пост английский монарх вместо свинины и говядины употреблял жареный хвост бобра и мясо морской свинки. Необузданное чрево Генриха VIII определило судьбу английского народа и частично повлияло на мировую историю. Король ел не по расписанию, а по зову желудка. И очень любил полакомиться.

В Евангелии есть слова: «Ибо всё, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира сего» (1 Ин. 2: 16). Что же такое похоть плоти? Ответ дает нам преподобный Антоний Великий. Святой говорит, что «похотью плоти» называется пресыщение чрева, за которой следует блудная страсть. Действительно, излишнее питание плоти, ее любление (в том числе и смакование пищи) приводит к самолюбию, а здесь уж и открываются врата для разного рода грехов, в том числе и смертных. Вкусно поел – чем бы еще насытиться?

Лакомство может стать причиной и уныния, и даже забвения Бога, и потери благодарности Ему

Наверное, от прочитанного кому-то станет грустно и даже немного страшно. Что, совсем не есть? А как же дети? А праздники? Воскресные дни? Но мы ведь призваны к «царскому пути», отвергающему крайности и призывающему к рассуждению. Лакомство в своих высших формах может становиться причиной уныния и даже забвения Бога, потери благодарности Ему. Ведь каждый кусочек, который мы употребляем в течение дня, – это дар Бога нам, и за дар этот мы должны быть благодарны. Но лакомая пища способна пресытить и притупить в нас это чувство благодарности Богу. Даже и в пост, когда «тамбовская картошечка с лучком» регулярно меняет приправу, способ приготовления и добавки. А вот питание скромной и простой пищей с добавлением изысков в воскресные и праздничные дни – чем не «приправа» к церковному торжеству! И даже способ поднять настроение, вырваться из лап уже, возможно, охватывающего уныния.

Господь призывает нас радоваться. А современный мир, вернее, его парадигма пресыщения лишает нас возможности наслаждаться вот этими маленькими радостями и славить Бога, благодарить Его.

Мир живет, чтобы есть, работает, чтобы есть и отдыхать, и снова работает, чтобы есть. Лакомство может привести к расслабленности и увести христианина от важнейшего, особенно в пост, делания – молитвы.

Лакомство превратилось в наши дни в самый настоящий четко спродюссированный культ со всеми необходимыми атрибутами. Хочется это кому-то слышать или нет, но рестораторы играют на наших низменных инстинктах, покупая чрево вкусом, калорийностью, комфортом обстановки и лишающей бодрствования музыкой. В одном из своих интервью архимандрит Рафаил (Карелин) отметил, что менталитет современных христиан «подвергся разрушающему реактивному облучению». Действительно, среди нас сегодня ведутся горячие споры: от мiра или в мiр? И, последнее, к сожалению, побеждает.

Увы, сегодня мы отнюдь не всегда готовы воспринимать тот факт, что мир с его законами далеко не христианский. Это не значит, что от него нужно закрыться за глухими дверями. Но смена парадигмы мироустройства с теоцентричности на буквальный гуманизм нанесла серьезный удар по всему человечеству именно в деле спасения, сделав многих людей глухими к словам Священного Писания. В кратчайшее время увеличилось количество и уровень соблазнов, оттого возросли и споры по поводу отношения к ним в церковной среде.

Человеку нужен праздник – иногда можно сходить и в ресторан, встретиться с братьями и сестрами во Христе, отметить Пасху, Рождество, другие какие-то праздники. Но и посреди самого застолья важно помнить о тех маленьких пакостях лукавого, заготовленных нам во вроде бы безобидных вещах.

-Есть люди жадные, завистливые, которые едят много и готовы все съесть для того только, чтобы не осталось от них пищи другому, пьют много – готовы все выпить, только чтобы другим не осталось. О скоты бессмысленные! О рабы тления! Как они высоко ставят свое удовольствие, грубое, низкое, брюшное – свиньи, настоящие свиньи. Как они бездушны! Ибо скажите: где душа у таких людей? Не вижу. Надо презирать пищу и питие и сверх меры никогда не пить, не есть – пусть остаются остатки, хотя бы они превкусные и предорогие; душа моя дороже их – я не хочу обременять ее излишним употреблением тленной пищи и пития; не хочу быть рабом праха, хотя бы драгоценного, и страдать от него душой и телом; я – христианин: я хочу быть послушным словам моего Господа: внемлите себе, да не когда отягчают... (Лк. 21, 34) и принесу в жертву Ему благоугодную и свою волю, и свое чрево, да призрит Он, Владыка живота моего, милостиво на меня, недостойного раба Своего, жертвующего Ему своим плотским удовольствием; не хочу служить диаволу, который прельщает меня и доныне ядию, как прельстил Адама и Еву; не буду обременять и затмевать ясности души моей множеством пищи и пития – этого тления земного.


-Не будь жаден до сладкого и вообще приятного кушанья: а то сердце наше, как муха, доберется до сладкого да и прилепится к нему и от Господа своего – Источника живота (Пс. 35, 10) своего, отщетится и охладеет к Нему и сладости в Нем чувствовать не станет: ибо жадность к плотским сладостям непременно уничтожает вкус к духовным сладостям. – Чрез сладости земные враг сильно воюет на наше сердце.


-Лакомая пища – большая прелесть: ешь и ешь все и незаметно наедаешься много – так и поджигает аппетит. И делаешься, тоже незаметно, рабом чрева, и к Богу хладеешь и к ближнему, делаясь жадным самолюбцем, – и здравие души и тела расстраиваешь. – Как усиливается плотский, ветхий человек от чревоугодия и многоядения? Он растет и крепнет исполински, страсти все усиливаются: гордость, презорство , злоба, зависть, ненависть, скупость, любостяжание, блуд, скверные, лукавые, маловерные и хульные помышления, раздражительность, одичалость душевная, отвращение от Бога и Церкви Божией, от молитвы, вообще от дел благочестия.

-Вместе с жадностию при употреблении пищи и питья, особенно если они лакомы, – входит в сердце дух (диавол) жадности, неги и бессилия сердечного и телесного и остается в нем дотоле, пока усердною молитвою не будет выгнан. О, как лакомая пища и питье нежат плоть, расслабляют и убивают дух, делая его не способным к духовным делам: к составлению духовных сочинений, например, проповедей, рассуждений о духовных предметах, к учительству, к молитве сердечной, к чтению слова Божия, к составлению писем. Отчего духовное дело из рук валится у многих? – От плотской изнеженности.

-Лакомство и пресыщение ожесточают сердце человека, делают его чуждым Богу, полагая преграду между ним и Господом и между ближним, производят в нем пренебрежение к духовному, делают его мерзким, дерзким и своевольным. Не можете Богу работати и мамоне (Мф. 6, 24). – Рабу Божию надо пренебрегать пищею и питьем.

-Скоромная, масляная и мясная пища, особенно с вином, опустошает душу и делает ее как трость, ветром колеблемую (Мф. 11, 7). Злые духи удобно овладевают ею.

-Хорошая на вид и приятная на вкус пища и питье – такая же прелесть, как и красивое, белое и румяное лицо, или только белое; и жадный к пище и питью, к лакомствам, жаден бывает и до красивой плоти; сладострастное сердце его готово бы было всякую прекрасную плоть употребить в средство к удовлетворению сладострастия плоти, если бы не удерживало его Евангелие и совесть и мнение других.

-Смотри: не нежь внутренности, то есть чрево, а укрепляй, то есть не изнеживающую, а укрепляющую пищу и питье употребляй.
Не нежь чрева своего и с ним всей плоти своей и души своей сластями и долгим сном, особенно сном в продолжение дня.

-Не прельщайся сладостями вкуса и не кушай их – от сластей легко рождается сладострастие плотское, и враг легко запинает во сне и наяву сладко вкушающих и пиющих. – С тех пор, как плоть стала воевать на дух (ср.: Гал. 5, 17), ей с большою осторожностию нужно позволять сладости: иначе усилим грех, в нас живущий, сладострастие или похоть плоти.

О! Если бы знали сладко и пространно (многоразличными яствами) питающиеся, что сладость, тучность и обилие пищи, ими вкушаемой, есть задаток их нечистого сладострастия наяву и во сне, что они сами себе приготовляют жестокую и утомительную, нечистую, не без падений войну с духами похотения; если бы знали они, как прогневляют они своим чревоугодием Господа, то они не стали бы пространно и сладко питаться, особенно в пост, и тем помогать духам похотей и многострастной плоти своей одолевать себя и ввергать в кал греховный!

-Вред для духовной жизни от скоромной пищи. Она располагает к ночным нечистым грезам и излияниям семени и днем распаляет чресла и детородные органы. Сытому человеку – монаху или священнику и мирянину – опасно иметь беседу с прекрасным полом: сытый человек чрезвычайно склонен к соитию.
Сласти на чресла садятся блудом, или блудным огнем, блудным раздражением.

-Сласти пищи и питья возбуждают и питают страсть сладострастия или страсть блудную. Это дознано опытом. Сласти реже и умеренно надо употреблять, а если можно, – и вовсе их избегать.

-Не наполняй лакомствами чрева своего, особенно в Великий пост: ей, ты наполняешь его бесами, если лакомишься. – Вообще не пекись об этом мешке (разумею желудок) и не лелей его сладостями, презирай его: и приобретешь себе этим великое спокойствие. – Чрево – сатана. По хлебе вниде в Иуду сатана (Ин. 13, 27)! Чрево – льстивый и коварный друг. Ешь, говорит, приятно и сытно: на то Бог дал нам все обильно в наслаждение; а как поешь, так вскоре и почуешь смерть в душе и козни вражии в сердце. 

-Чрево – домашняя ловушка, в которую сатана уловляет моего бедного птенца – душу.
Диавол чрез плоть нашу и вообще чрез вещественность действует на нас как на плотоносных. – Так, чрез вино, чай, кофе, чрез лакомства вообще, чрез деньги, одежду и прочее он разжигает наши страсти. Потому надо крепко беречься пить много вина, чаю или кофе и есть лакомства особенно – без другой, существенной, крепкой и здоровой вещи [пищи]. Эти лакомства надо употреблять уже после всего, в самом умеренном количестве.

Не разгорячай своих внутренностей вином или чаем с употреблением довольного приема пищи, да не поможешь сам сатане возжечь во внутренностях твоих убийственный адский огонь. – Опыт.
Диавол

Беда пить много чаю, да и даже мало: чай нежит, расслабляет душу и тело, делает ее гордою, презорливою, злою, блудною, хульною, злобною, завистливою.

Чай расслабляет сердце и не дает ему сокрушаться о грехах, вообще – нежит плоть. Христианину прямо не следует пить чай, как и курить табак!
Чай раздражает внутренние нервы: он большое пособие врага бесплотного.

Вред от употребления сладкого чая (липкость, сахаристость): расслабление, нега внутренностей и половых органов, излияние частое семени. В пост особенно не надо пить сладкий чай: кто пьет сладкий чай, тот делает не лучше того, кто ест в пост скоромное, – хотя чай не обременяет тела, как мясная и молочная и масляная пища, но зато нежит сильно плоть и погружает часто в кал блуда и прелюбодейства. Кажется, причина ничтожная, а между тем сколько она делает вреда для чистоты нашей: не будь сладкого чаю, не было бы таких частых ночных излияний, для сатаны меньше было бы поводов к осквернению нас сладострастными картинами: он видит расположение нашего тела к извержению семени и пользуется этим расположением для своих мрачных видов!

Не радуйся легкости плоти своей по извержении семени во сне или после употребления в пищу различных сладостных брашен и пития: это легкость плотского человека, легкость мечтательная, бесовская. Когда плоти легко, тогда душе скоро будет тяжело; когда плоть радуется – душа бедствует; когда плоть цветет – душа смердит; когда тело сыто и крепко, тогда душа голодна и немощна. Все напротив. Егда немощствую, тогда силен есмь (2 Кор. 12, 10), – говорит апостол о себе.

Питая пространно плоть, покоя ее долгим сном, одевая ее мягкими, прекрасными и дорогими одеждами, веселя ее прекрасным и просторным жилищем, мы нежим ее и усиливаем ее страсти. Напротив, чем более отнимаем у ней лакомств, чем меньше ее питаем, покоим сном – и беспокоим ранним вставанием, чем проще одеваемся и чем проще живем – в простенькой квартире с простою мебелью, чем более утруждаем свою плоть и душу – беспокоим их, – тем для нас лучше; тем мы делаемся смиреннее, терпеливее и добрее. Итак, меньше и проще ешь-пей, меньше спи, проще одевайся, проще квартиру украшай. Меньше стяжаний имей – и будешь Христа иметь в сердце, и будешь силен.

Когда плоть и диавол склоняют сладостию греха, тогда представь, что эта сладость совершенно противна, мерзка Человеколюбцу – и Он говорит тебе: если любишь Меня, то соблюди заповедь Мою (ср.: Ин. 14, 15), возбраняющую тебе делать это зло, на которое ты склоняешься.



Впереди Рождественский пост – самое благодатное время для того, чтобы изменить свою жизнь к лучшему.

Комментариев нет:

Отправить комментарий