Блог автора методики коррекции веса Нелли Кешишьян

понедельник, 2 декабря 2013 г.

Сербский старец Иулиан

Сербский старец Иулиан

(1918 -2001 гг.)




Схимандрит Иулиан (в миру Радомир Кнежевич) родился 25 июля 1918 года в небольшом селе Виткове.

Архимандрит Студеницкий Савва (Милошевич) пишет: «Бог отца Иулиана призвал к жизни в тяжелейшее время сербского физического и ещё более тяжкого духовного рабства. Привыкал к терпению «страдания и боли рода своего» во утробе матери своей пока ещё длилась Первая Мировая война. От самого зачатия приобщался родолюбию и тяге к возвышенной и святой жизни от крови и духовных и святых чувств своих набожных родителей Николы и Дивны...».

У Николы и Дивны Кнежевич было десять детей, с ранних лет они учили детей благочестию, вере, приучали ответственно подходить к любому делу.

Когда отроку исполнилось двенадцать лет, отец привел его в монастырь, чтобы, наконец, осуществилась его давняя мечта – «стяжать святость чрез служение Богу и роду своему в святых обителях». Ещё в восьмилетнем возрасте Радомир два раза бежал в монастырь, откуда его возвращали домой.

В монастыре возле Бруса он стал нести все строгости монашеской дисциплины: на монашеское правило приходилось вставать в полночь, молиться до утра, а днём трудиться на всех послушаниях, часто ему приходилось самому готовить трапезу, выполнять по послушанию и более тяжёлые работы. По словам самого старца, он в молодые годы никогда не мёрз, даже зимними поездками верхом в снег и буран.

Его духовником в монастыре стал известный старец о. Даниил (Синько).

В монашеской школе монастыря Дечаны он учился 4 года, позже подвизался в монастыре Вуян. 13 августа 1939 г. послушник Радомир был пострижен в малую схиму, с именем Иулиан, в сентябре того же года епископ Жичский Николай (Велимирович) рукополагает его в сан иеродиакона, затем - иеромонаха. Здесь он последовательно несёт послушания приходского священника, наместника и, наконец - настоятеля монастыря. (После Второй Мировой войны он был самым молодым игуменом Жичской епархии, вероятно, и всей Сербской Церкви).

В 1945 года отца Иулиана перевели в монастырь Благовещенье, с ним перешли три послушника, и среди них Гойко Стойчевич. А настоятелем там был великий духовник о. Василий (Доманович). К благовещенской братии принадлежал и о. Антоний (Джюрджевич), исповедник, во время войны совершавший своё пастырское служение ближним, таким же, как и он, узникам лагеря Гнатесдарф.

Отец Василий уговорил о. Иулиана принять управление монастырём. Потом Промыслом Божиим он был направлен в Боснию ради обновления разрушенной во время войны великой святыни - Чайничской церкви со знаменитой чудотворной Чайничской иконой Божией Матери, в чём помогали ему многие почитавший его местные жители, даже мусульмане.

По словам владыки Афанасия Захолмского схимандрит Иулиан был одним из великих столпов мученической Церкви – «монашеский патриарх сербский», а Патриарх и епископ Павел, его постриженик. Многое претерпел старец - несколько раз его низводили с настоятельского места, и вновь возводили, и никто никогда не слышал от него слова «почему»! Он обновлял, восстанавливая святыни, храмы, монастыри и церкви, был духовным наставником многих верующих сербов».

Старец Иулиан считал, что «сербы суть чада народа, который сотворил чудеса в своей истории. И не дай Боже сказать, что они уже всё сделали. Им ещё предстоит великий труд. Прошлое должно подвигать к осуществлению ещё более прекрасного будущего. Сербам после всех невзгод предстоит ещё один подвиг да даст Бог силы выдержать». На вопрос о том, какими он видит сербов сегодня, старец отвечал: «...Сколько бы ни было скверных среди нас, у нашего народа есть сердце и душа. Это добрый народ, но та доброта затянута пеплом неких худых дел, а душа осталась чиста, здрава… О нас говорят, как о людях, которым любо быть мучениками, что мы представляемся мучениками... Я считаю страшным оскорблением, если кто скажет, что сербскому народу нравится разыгрывать из себя мученика. Он не играет - он есть мученик. Разве мы представляемся, когда, начиная с 1941 г., с Косова и Метохии выселены сотни тысяч сербских семей, гонимых жестокими, дикими арнаутами? И сейчас разыгрывают ли из себя мучеников наши в Дечанах, окружённые этими дикарями, которые только убивают и разрушают?.. Не знаю, заслужил сербский народ или нет то, что сейчас с ним творится, но страшно то, что наш народ обманут... Но мы не имеем права говорить, что у нас нет будущего - это бы значило подписать себе смертный приговор. Но если не опомнимся и не поворотим назад, к соблюдению закона Божия и закона человеческого, ничему хорошему не бывать. Прежде всего, рассчитываю на молодёжь, которой вижу здесь, в Студенице, всё больше, и на их лицах примечаю радость, что даёт надежду на лучшее...».

Студеница для старца Иулиана так же, как и для всей Сербии, - не просто монастырь, где, начиная с 1961 г. до последних дней, он совершал своё служение настоятеля и духовника. Он говорил: «... Студеница - место, где сосредоточено то, что, есть самого прекрасного и самого нетленного в сербском народе. Студеница есть то, что пленяет, то, что покоряет и своей святостью и своим национальным значением, зодчеством, художеством, то, что и в мире и у нас редко можно увидеть. Студеница неповторима, и она нас подвигает ко всему, что прекрасно и благородно. Она нам, в сущности, свидетельствует, что сербы суть чада великого народа, породившего Савву, Симеона…»

Старец Иулиан благословлял противостоять тайне беззакония, он говорил: «Лучшая помощь Сербии - сильная Россия», главная надежда православного люда всего мира!»

Война 1999 года стала для старца Иулиана , как для всего народа, великим испытанием, старец отдавал все свои силы, поддерживая и утешая воинов и сродников погибших, беженцев и раненых. В те дни его можно было встретить везде, где требовалась пастырская помощь. Как и все духовные лица, он был того мнения, что людям война пошла на пользу, обратив его к молитве и покаянию. Он напоминал слова Священного Писания: «ибо кого любит Господь, того наказывает и благоволит к тому, как отец к сыну своему» (Притчи 3; 12).

Духовные чада говорили, что это был «утешительный» старец, не чуждый и мягкой шутки, лишь бы не унывали его духовные дети. Его двоюродная сестра, жительница г. Кралева, рассказывает, что, обнаруживая в ком-то недобрые или неправильные мысли, он слегка постукивал бедолагу пальцем по голове, гоня их вон.

В последние годы жизни старцу вновь пришлось нести послушание строителя и восстановителя монашеской жизни, на этот раз в обители Градац. Здесь он окормлял немногочисленное сестричество, сюда съезжались автобусы и машины с паломниками, многие из которых получали от старца духовный совет на насущные вопросы.

Предвидя свою скорую кончину, старец Иулиан торопился закончить устройство нового монастырского кладбища, где уже приготовил для себя могилу. С помощью послушника, поднявшись из машины к кладбищу, старец долго сидел у собственной могилы… (Там он и был похоронен.)

Старец Иулиан отошёл ко Господу 4/17 июля 2001 года. Отпевали его в Студеницком монастыре в присутствии пятерых архиереев, множества священников и священномонахов, не говоря о многочисленных мирянах, его чадах и почитателях.

Упокой, Господи, душу раба Твоего, схиархимандрита Иулиана, и святыми его молитвами помилуй нас! 

Комментариев нет:

Отправить комментарий