Блог автора методики коррекции веса Нелли Кешишьян

вторник, 11 января 2022 г.

«О том… что видели своими очами… мы… свидетельствуем» (1 Ин. 1:1, 2) Голод...

 В январе 1943 года ленинградка Зинаида Епифановна Карякина, слегла. Соседка по квартире зашла к ней в комнату, поглядела на нее и сказала:



— А ведь ты умираешь, Зинаида Епифановна.

— Умираю, - согласилась Карякина. - и знаешь, Аннушка, чего мне хочется, так хочется - предсмертное желание, наверное, последнее: сахарного песочку мне хочется. Даже смешно, так ужасно хочется.


Соседка постояла над Зинаидой Епифановной, подумала. Вышла и вернулась через пять минут с маленьким стаканчиком сахарного песку.


— На, Зинаида Епифановна, - сказала она. - Раз желание перед смертью - нельзя тебе отказать. Это когда нам по шестьсот граммов давали, так я сберегла. На, скушай.


Зинаида Епифановна лазами поблагодарила соседку и медленно, с наслаждением стала есть. Съела, закрыла глаза, сказала: «Вот и полегче на душе», и уснула. Проснулась утром и встала.

Верно, еле-еле, но ходила.

А на другой день вечером вдруг раздался в дверь стук.


— Кто там? - спросила Карякина.

— Свои, - сказал за дверью чужой голос. - Свои, откройте.


Она открыла. Перед ней стоял незнакомый летчик с пакетом в руках.


— Возьмите, - сказал он и сунул пакет ей в руки.- Вот, возьмите, пожалуйста.

— Да что это? От кого? Вам кого надо, товарищ?


Лицо у летчика было страшное, и говорил он с трудом.


— Ну, что тут объяснять. Ну, приехал к родным, к семье, привез вот, а их уже нет никого. Они уже… они умерли! Я стучался в доме в разные квартиры - не отпирает никто, пусто там. Что ли, - наверное, тоже…как мои. Вот вы открыли. Возьмите. Мне не надо, я обратно на фронт.


В пакете была мука, хлеб, банка консервов. Огромное богатство свалилось в руки Зинаиды Епифановны. На неделю хватит одной, на целую неделю! Но подумала она: съесть это одной - нехорошо. Жалко, конечно, муки, но нехорошо есть одной, грех. Вот именно грех - по-новому, как-то впервые прозвучало для нее это почти забытое слово. И позвала она Анну Федоровну, и мальчика из другой комнаты, сироту, и еще одну старушку, ютившуюся в той же квартире, и устроили они целый пир - суп, лепешки и хлеб. Всем хватило, на один раз, правда, но порядочно на каждого. И так бодро себя все после этого ужина почувствовали.


— А ведь я не умру, - сказала Зинаида Епифановна. - Зря твой песок съела, уж ты извини, Анна Федоровна.

— Ну и живи! Живи! - сказала соседка. - Чего ты... извиняешься! Может, это мой песок тебя на ноги-то и поставил. Полезный он: сладкий.


И выжили и Зинаида Епифановна, и Анна Федоровна, и мальчик. Всю зиму делились - и все выжили.

Ольга Берггольц.

Комментариев нет:

Отправить комментарий